Банковские переводы под контролем: почему россиянам стоит готовиться к задержкам платежей
Российская финансовая система готовится к одному из самых масштабных изменений за последние годы. Речь идет не о новой ключевой ставке или очередной реформе банковского сектора, а о пересмотре самой логики ответственности за финансовое мошенничество. Законопроект, который сейчас готовится в Государственной думе, может существенно сократить объем потерь граждан от действий аферистов — но ценой этого станут более жесткие проверки операций и возможные задержки банковских платежей.
Эксперты сходятся во мнении: новая модель антифрод-регулирования затронет всех — от обычных клиентов до бизнеса и банковской инфраструктуры.
Почему власти решили менять антифрод-подход
По данным Банка России, объем хищений средств у граждан через телефонное и онлайн-мошенничество в последние годы стабильно измеряется сотнями миллиардов рублей в год. Несмотря на внедрение СБП, биометрии, двухфакторной аутентификации и обязательных «периодов охлаждения», мошенники продолжают находить уязвимости.
Ключевая проблема текущей модели — фактическая концентрация ответственности на самом клиенте. Если человек подтвердил перевод, сообщил код или иным образом формально «согласился» на операцию, вернуть средства крайне сложно.
Новый законопроект предлагает изменить саму философию регулирования:
ответственность должна быть распределена между всеми участниками инфраструктуры — банками, операторами связи и цифровыми платформами.
Что предлагает новый законопроект
Как пояснил председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, речь идет о введении материальной и регуляторной ответственности для банков и телеком-операторов за несоблюдение антифрод-требований.
Фактически законопроект предполагает:
- ответственность банков за пропуск подозрительных операций;
- ответственность операторов связи за уязвимости, используемые мошенниками (подмена номера, SIM-swap, переадресация);
- усиленный межведомственный обмен данными;
- обязательную реакцию на сигналы риска в реальном времени.
Экономист и инвестиционный советник из реестра ЦБ Юлия Кузнецова отмечает:
главный плюс инициативы — потенциальное снижение объема потерь и рост шансов на компенсацию средств клиентам.
Однако у этого подхода есть и оборотная сторона.
Почему платежи могут начать задерживаться
Чтобы снизить собственные риски, банки будут вынуждены усилить контроль за операциями, особенно за нетипичными переводами. Это означает:
- дополнительные автоматические проверки;
- временные приостановки операций;
- рост числа превентивных блокировок;
- более частые запросы подтверждений.
Проще говоря, если раньше перевод «проходил за секунды», то теперь он может задерживаться на минуты или даже часы, пока система не убедится в его безопасности.
Юлия Кузнецова подчеркивает:
«Банки и операторы будут оцениваться в комплексе — были ли сигналы риска, как быстро на них отреагировали, имелось ли техническое основание для остановки мошенничества».
Если выяснится, что возможность предотвратить хищение была, но не была использована, ответственность может лечь уже не на клиента.
Как это изменит повседневные банковские операции
Для частных лиц изменения будут заметны прежде всего в трех сценариях:
1. Крупные и нетипичные переводы
Любые операции, выбивающиеся из привычного финансового поведения клиента, будут проверяться тщательнее.
2. Переводы новым получателям
Особенно если речь идет о счетах, ранее не фигурировавших в истории клиента.
3. Срочные операции
Парадоксально, но именно «спешка» — один из ключевых признаков мошеннических схем. Поэтому срочность теперь будет поводом для проверки, а не ускорения.
Что это значит для бизнеса
Для бизнеса последствия могут быть более чувствительными. Задержки платежей напрямую влияют на:
- оборотный капитал;
- расчеты с поставщиками;
- выплату зарплат;
- налоговые обязательства.
Компании, особенно в сегменте малого и среднего бизнеса, будут вынуждены закладывать временные лаги в финансовое планирование и пересматривать подход к управлению ликвидностью.
Фактически антифрод становится еще одним фактором финансового риска — наравне с процентными ставками и инфляцией.
Почему банки поддерживают закон, но с оговорками
Публично банки в целом поддерживают инициативу. Причина проста:
репутационные потери от мошенничества становятся для них не менее опасными, чем финансовые.
Однако внутри отрасли признают:
- расходы на IT-инфраструктуру вырастут;
- нагрузка на службы комплаенса увеличится;
- часть затрат неизбежно будет переложена на клиентов через комиссии и тарифы.
Это не быстрый процесс, но рынок к нему уже готовится.
Известные уязвимости, на которые нацелен закон
Эксперты давно называют одни и те же слабые места, которыми пользуются мошенники:
- подмена телефонных номеров;
- SIM-swap;
- переадресация звонков;
- быстрые переводы без временного «окна» на проверку;
- психологическое давление на жертву.
Новый законопроект фактически обязывает инфраструктуру закрывать эти уязвимости не декларативно, а на практике.
Изменится ли ответственность клиента
Ключевой вопрос — что будет в ситуациях, когда человек сам подтвердил перевод.
Новый подход не отменяет личной ответственности полностью, но перестает делать ее единственной. Если будет доказано, что:
- оператор связи допустил уязвимость;
- банк проигнорировал сигналы риска;
- система реагировала с задержкой,
часть ответственности может быть распределена между участниками цепочки.
Это принципиально новая логика для российского финансового рынка.
Что делать россиянам уже сейчас
Эксперты рекомендуют готовиться к новым условиям заранее:
- не рассчитывать на мгновенные переводы в критических ситуациях;
- заранее планировать крупные платежи;
- внимательно относиться к запросам банков о подтверждении операций;
- хранить часть средств в резерве на случай временных блокировок.
Парадоксально, но чем осторожнее станет система, тем выше будет общий уровень финансовой безопасности.
Итог
Новый антифрод-закон не сделает банковскую систему удобнее в краткосрочной перспективе. Переводы действительно могут «подвисать», проверки — участиться, а процесс — усложниться.
Но стратегически речь идет о переходе к модели, где безопасность важнее скорости, а ответственность за мошенничество распределяется между всеми участниками рынка, а не ложится исключительно на плечи граждан.
Финансовая система становится медленнее — но потенциально гораздо честнее.
